Пропустить навигацию.
Главная

Как мы, христиане, должны встречать новый год. Архиепископ Аверкий (Таушев).



«Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы 
воздать каждому по делам его» (Апок. 22, 12).

Вот и еще один год нашей жизни канул в вечность. Благость Божия даровала нам новый год. Ценим ли мы эту милость Божию к нам, благодарим ли Бога за это?

Увы! как мало осталось ныне людей, которые встречают новый год молитвой. Едва ли не подавляющее большинство встречают его ничем не оправдываемым безумным, безсмысленным, разнузданным веселием, а наши «православные» русские люди делают это нередко даже дважды — и по новому и по старому стилю, как бы желая использовать лишний повод к веселию. Хотя повода тут, строго говоря, никакого нет.

О чем напоминает нам наступление нового года, как не о том, прежде всего, что еще на один год сократилась наша земная жизнь, что еще на один год стали мы ближе к общему для всех концу — могиле, а для многих из нас — что этот новый год, быть может, будет последним годом их жизни. 

Есть ли тут повод к веселию?

Еще святитель Феофан Вышенский и приснопамятный о. Иоанн Кронштадтский во второй половине прошлого века горько укоряли русских людей за то, что они, подражая Богоотступническому Западу, стали по-язычески встречать новый год, «вертясь с бокалами в руках», ибо это только язычники темные верили, что чем веселее они встретят наступающий новый год, тем удачнее и счастливее он для них будет. Вот и пили они и плясали до упаду. А нам, христианам, это совсем не к лицу!

Нас, христиан, наступление нового года должно, наоборот, располагать к сугубой серьезной настроенности и к горячей молитве Богу.

А особенно серьезными и молитвенно-сосредоточенными должны мы быть теперь, в переживаемое нами время, когда с каждым новым годом все более и более умножаются страшные знамения неизбежно приближающегося к нам конца всего. Еще так недавно жизнь человечества текла более или менее нормально, вполне оправдывая изречение премудрого Екклесиаста: «Что было, то и будет, и что делалось, то и будет делаться, — и нет ничего нового под солнцем» (Еккл. 1,9). Но вот, с некоторого времени, особенно после страшной кровавой катастрофы, постигшей нашу несчастную Родину-Россию, нечто как-будто бы «новое» стало сильно и ярко проявлять себя. И в самом деле: вдумаемся глубже во все то, что сейчас происходит в мiре, и мы убедимся, что происходит теперь нечто такое новое и страшное, чего никогда прежде не было в таких грандиозных масштабах.

Прежде всего: целая треть мiра попала в полное тираническое обладание неистовых богоборцев и человеконенавистников, которые главной целью своей жизни и деятельности поставляют искоренение во всем мiре веры в Бога вообще и уничтожение Христианской Церкви, в частности, и упорно идут к этому, не останавливаясь ни перед какими самыми жестокими и безчеловечными средствами, вплоть до грубых издевательств, пыток, мучений, пролития крови и убийства.

А остальные две трети, составляющие так называемый «свободный мiр», с каждым новым годом, все более и более равнодушно смотрят на это и не только не противодействуют такому к небу вопиющему насилию, но нередко и помогают ему, сами у себя, в сущности, делая то же, но только более осторожными, «мирными» средствами, лицемерно, для отвода глаз, сохраняя видимость полной свободы веры и даже покровительства Церкви.

Разве не «новое» — так называемое «экуменическое движение» — это повальное «братание» представителей всех вероисповеданий, которого совсем недавно и вообразить себе было нельзя и которое столь многих очаровывает и прельщает мнимой христианской любовью, в то время как оно в действительности весьма далеко от подлинной христианской любви, нераздельно-связанной со стремлением к истине. А истиной «экуменисты» менее всего интересуются. Если бы это было не так, то давно бы уже все «экуменисты» пришли к Православию, а православные, принимающие в «экуменическом движении» участие, не отходили бы от подлинного исконного исторического Православия, заражаясь антихристианским духом вольнодумного протестантизма.

Того же порядка — и совершенно новое явление Ватиканского Собора. И как характерно и трагично впечатление от этого Собора, высказанное одним православным наблюдателем: казалось бы, мы должны только радоваться и приветствовать наблюдающееся на этом Соборе стремление к сближению с Православием и намеченные в этом направлении реформы, но все это, к глубокой скорби нашей, носит характер такого необузданного либерализма, готового идти и дальше, что римо-католики консерваторы оказываются по духу нам ближе.

А невероятно усиливающаяся преступность, во всех самых изощренных и виртуозных формах, особенно — у малолетних, которые в наше время даже по внешнему своему облику, по выражению глаз и лица, перестают походить на детей, о коих сказал в Свое время Господь, что «таковых есть Царствие Небесное» (Марк. 10, 14)!

А умопомрачающий безстыдный разврат, который не удивителен был у язычников, не знавших учения о высоком достоинстве девства, но совершенно нестерпим у христиан!

Нет в современном мiре — мiре «христианском» — и того, что было в древности в мiре языческом: ни благородства, ни честности, ни стыда, ни… совести. Черное многие называют белым, а белое — черным, ложь называют правдою, а правду — ложью. И невольно приходит на ум то, о чем говорит св. Апостол Павел в своем 2-м послании к Солунянам «и пошлет им Бог действие заблуждения, так что они будут верить лжи, да будут осуждены все, не веровавшие истине, но возлюбившие неправду» (2 Сол. 2, 11-12).

Сколь многие теперь с поразительным легкомыслием повторяют вслух, или хотя бы про себя, исполненный драматического скептицизма Пилатов вопрос: «что есть истина?» (Иоан. 18, 33). И ответа не находят. Да и не ждут его…

И вот, несмотря на все это, духовно-ослепленные люди все еще кричат о каком-то «прогрессе», о «мире всего мiра», о благоденствии человечества, якобы ожидающем его в ближайшем будущем, о каких то «заманчивых далях» и «широких горизонтах»…

Пусть не говорят, что мы «сгущаем краски» или проповедуем пессимизм. Тогда и приснопамятного святителя Феофана и о. Иоанна Кронштадтского и многих других великих столпов и светильников нашей Российской Церкви, предостерегавших русский народ о надвигающейся на него страшной каре Божией, надо было бы обвинить в пессимизме. А между тем, ведь всё то, о чем они так сильно и ярко предрекали, рисуя до чрезвычайности мрачные картины окружавшей их жизни, целиком исполнилось.

Мы же здесь указываем только на общеизвестные факты, которые сами за себя говорят и не требуют обладания особой прозорливостью для того, чтобы ясно видеть, куда они нас ведут.

Мрачную картину представляет собою сейчас жизнь всего человечества. Но не менее мрачное зрелище наблюдаем мы и в жизни наших православных русских людей заграницей. Вместо того, чтобы полностью и окончательно прозреть после стольких перенесенных нами тяжких испытаний — кровавой революции, беженства (для многих даже двукратного), арестов, ссылок и концлагерей, ужасов 2-ой мiровой войны — многие все еще продолжают жить настроениями предреволюционной эпохи и 1917 года, приведшими Россию к гибели. Вместо того, чтобы раскаяться в своем прежнем вольнодумстве и смиренно придти к вере во Христа, склонившись благоговейно перед благодатным авторитетом основанной Им Св. Церкви, сколь многие — увы! — и здесь заграницей живут вне всякой веры, или отпадают в иные веры, или сами себе изобретают какую-то свою собственную самоизмышленную веру, а те, которые, по внешности, остаются православными, часто вовсе не признают Церкви, надменно и высокомерно осмеливаются судить и рядить о том, чего не знают и не понимают, и считают себя в праве сами писать для Церкви свои собственные законы, покушаясь делать Церковь орудием своих безумных страстей — тех самых страстей, кои привели к гибели нашу Родину-Россию, а здесь способны привести к развалу единственное, что у нас еще остается, — нашу Церковь. Вместо смирения — страшная, ни перед каким авторитетом не склоняющаяся гордыня и самомнение, властолюбие и честолюбие, бешенное стремление «играть роль» и, одновременно, — ничем не жертвуя для Церкви и для дела спасения своей души, упиваться с жадностью всеми доступными благами этой временной суетной жизни.

И что особенно скорбно: подобное духовное безобразие и безчиние весьма часто безстыдно прикрываются мнимою ревностью о какой-то «правде», громкими словами о национализме и патриотизме и прочих высоких исторических идеалах русского народа, хотя нередко исходят они от лиц, называющих себя здесь в Америке «американцами русского происхождения» и тем самым отрекшихся от своего русского имени и от своей страждущей Родины, об освобождении и спасении которой они будто бы радеют.

На фоне этой общей мрачной картины единственным утешением для нас является то, что сохранился все же в нашей среде еще малый остаток искренно-верующих православных русских людей, кротких и смиренных, ничего лично для себя не ищущих и не домогающихся, но всем сердцем преданных нашей св. вере и Церкви. Им, по большей части, нигде не дают хода, их всячески затирают и обижают, считают иногда даже чудаками и ненормальными, только потому, что они не похожи на других, не хотят «идти в ногу» со временем, плыть по общему течению. Встречая их и видя, как к ним относятся другие, невольно вспоминаешь предречение древних отцев-подвижников о том, что «в последния времена все люди будут безумствовать, а тому, кто не безумствует, будут говорить: «ты безумствуешь, потому что ты не похож на нас».

Но вот эти-то именно люди и хранят еще в изгнании подлинную Святую Русь: — это они строят Божии храмы, чтобы молиться в них, а не сводить вокруг них личные счеты, бороться за первенство и политиканствовать, или сходиться в нарочито устраиваемые под ними нижние помещения для «коктейль-парти», танцев, спектаклей и иных развлечений. Они чтут своих пастырей — истинных пастырей, которые учат их только молитве и духовной жизни, ведя их прямым путем ко спасению. И они действительно ничего другого не хотят, как только спасаться — именно спасаться, а не сеять интриги, заниматься низкопробным политиканством, завязывать судебные тяжбы и создавать никому не нужные, кроме врагов нашей веры и Церкви, «бури в стакане воды».

Эти немногие, еще остающиеся, подлинно-православные русские люди понимают, что Церковь — для вечного спасения людей, и что ею нельзя и грешно пользоваться для каких бы то ни было других, земных целей. А потому они не станут вести напролом — «не на жизнь, а на смерть» безумной борьбы друг с другом, а тем более — со своими пастырями, если эти пастыри ничего другого от них не хотят, кроме христианской настроенности их душ, молитвы и покаяния, — они сторонятся только от лжепастырей, которые идут иными путями, чуждыми истинного пастырства и подлинной духовности и церковности.

Но как мало таких людей, в которых живет еще наша Святая Русь! И с каждым вновь наступающим годом их становится все меньше и меньше. Большинство увлечено и целиком поглощено общей жизнью современного в «похотех прелестных тлеющаго» мiра и старается во всем прислуживаться и угождать ему — его развратным нравам и обычаям, дабы сделать себе «карьеру» и побольше приобрести разных жизненных выгод и материального благополучия.

Все это, вместе взятое, — верное знамение того, что мiр идет к своему концу и, притом, идет сейчас так быстро и стремительно, как никогда!

Конечно, это отнюдь не повод к «пессимизму», ибо мы, христиане, отлично знаем, что так и должно быть, и что конец мiра, рано или поздно, неизбежен. Вместе с тем мы знаем и естественно надеемся, что чудо милости Божией еще может спасти явно погибающий теперь мiр и отсрочить неизбежную развязку, ради тех, которые еще могут и способны принести покаяние и спастись. Но нельзя легкомысленно убаюкивать себя, закрывая глаза на страшную действительность, на всю безнадежность совершающегося перед нашими глазами, с чисто-человеческой точки зрения здравого смысла и разума, и надо, если только мы на самом деле христиане, быть готовыми ко всему.

В ушах наших, а еще более в сердцах, должны непрестанно звучать грозные предостерегающие слова Господа Иисуса Христа, изреченные чрез Его возлюбленного ученика — Тайновидца в дивном Откровении: «Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам Его» (Апок. 22, 12). И, вместо того, чтобы пребывать в «окамененном нечувствии», сливаясь с жизнью окружающего нас мiра, и встречать Новый Год безумно и легкомысленно, как современный мiр привык его встречать, омрачая свою душу недостойным и неприличным для истинного христианина поведением, обратимся лучше к Богу со слезной покаянной молитвой о том, чтобы Он отвратил от нас «весь гнев Свой, праведно на ны грех ради наших движимый», простил бы нам «вся согрешения вольная и невольная, в мимошедшем лете зле нами содеянная», отгнал бы от нас «вся душетленныя страсти и растленныя обычаи», «страх Свой Божественный всадил бы в сердца наша, ко исполнению заповедей Его», «укрепил бы нас в православной вере», «утолил бы в нас вся вражды, нестроения и междоусобныя брани», «подал бы нам мир, твердую и нелицемерную любовь, благочинное строение и добродетельное житие», «искоренил бы и угасил все богохульное безбожник нечестие» и «укрепил бы, утвердил, расширил и умирил» наше единственное сокровище и верное прибежище» — Св. Церковь Православную.

Благослови же венец наступающего лета для нас благостью Твоею, Господи!

Источник http://www.odigitria.by/2014/12/31/kak-xristiane-dolzhny-vstrechat-novyj-god-arxiepiskop-averkij-taushev/